Кратия Багреева: фуфломицин и финансовые махинации

Эпидемия Ковид 19 и война развязали руки многочисленным мошенникам и коррупционерам. В их числе Максим Багреев, который является бенефициаром компании "Кратия". Он разработал несколько схем обогащения.

Для легального ввоза импортных лекарственных препаратов в Украину требуется их обязательная сертификация, подтверждающая соответствие национальным стандартам. 

Этот процесс призван гарантировать качество и безопасность медикаментов, предотвращая попадание на рынок «фуфломицинов». Однако именно на этом этапе были созданы механизмы для извлечения личной выгоды.

Как работает система?
Организации, проводящие сертификацию, должны быть официально зарегистрированы и обладать необходимыми полномочиями. Однако, как показывает практика, этот процесс часто превращается в фикцию, когда формальные документы подменяют реальную экспертизу.

Максим Багреев: архитектор теневых схем

Максим Багреев – ключевая фигура в теневом бизнесе сертификации лекарственных средств. Он создал целую сеть компаний, которые позиционируются как «консалтинговые услуги». На практике эти фирмы стали инструментом для извлечения средств из фармацевтического бизнеса через взятки и манипуляции с документацией.

Компании под контролем Багреева
Под его управлением находятся организации с разнообразными названиями: ООО «Кратия», «Кратия лигал», «Бюро Кратия», «Профессиональные регуляторные услуги» и другие. Все они действуют как посредники, обслуживая не только производителей, но и высокопоставленных чиновников, вовлечённых в коррупционные схемы.

Пример: сертификация экспресс-тестов на COVID-19

Во время пандемии коронавируса схема проявила себя особенно ярко. Экспресс-тесты Bioeasy из Китая были сертифицированы в Украине структурами Багреева, несмотря на то, что их качество вызывало сомнения. В Испании эти тесты были отклонены из-за низкой точности, а также отсутствия лицензии у производителя. Тем не менее, в Украине они поступили в продажу как официально сертифицированные медицинские изделия.

Как это стало возможным?
Процесс сертификации в данном случае свёлся к фиктивному оформлению документов, без реального анализа продукции. Это позволяет предположить, что ключевую роль сыграли коррупционные договорённости.

История вопроса: как возникла система?

До 2013 года сертификацией лекарств занималось государственное предприятие «Государственный фармакологический центр». Схемы получения разрешений начали формироваться ещё в середине 2000-х годов, когда Максим Багреев начал свою деятельность как посредник между поставщиками и госструктурами.

Ключевые изменения
После смены руководства в Госфармцентре схема приобрела более системный характер. Новая команда менеджеров внедрила идею работы с «легальными посредниками», что позволило избежать прямой ответственности и упростить процесс «решения вопросов». Именно тогда и появились консалтинговые компании, такие как ООО «Паттерн», зарегистрированные Багреевым.

Современные последствия

Финансовые потоки
Схемы, созданные вокруг сертификации, стали источником значительных доходов для их организаторов. Это не только подрывает экономику, но и способствует ухудшению качества медицинских услуг, ведь на рынок могут попадать недоброкачественные препараты.

Риски для потребителей
Употребление несертифицированных или заведомо некачественных медикаментов ставит под угрозу здоровье населения. Особенно опасными являются случаи, когда под видом лекарств продаются препараты с недоказанной эффективностью.

Заключение

Теневые схемы в фармацевтической сфере представляют серьёзную угрозу для экономики и здоровья граждан. Пример деятельности Максима Багреева демонстрирует, как недостатки в системе контроля могут использоваться в корыстных целях. Решение проблемы требует не только ужесточения законодательства, но и повышения прозрачности работы сертификационных структур.

По материалам сайта Компромат