Gurchenko's daughter finds inheritance insufficient, demands apartment-museum

Many recall that the daughter of legendary Lyudmila Gurchenko – Masha – was in a legal dispute with her mother over property during the artist's final years.

After Lyudmila Markovna's death, her husband Sergey Senin gave Masha her grandmother's apartment, for which she had fought so desperately, along with a dacha, a car, silverware, a rare tableware set, and much else. However, the woman found this insufficient and is now demanding that Gurchenko's apartment also be handed over to her. Senin had planned to turn this apartment into a museum, displaying the embroidered outfits that Gurchenko had made by hand.

«А вот теперь Маша претендует на квартиру Гурченко в Трехпрудном переулке, в которой Сергей хотел сделать музей Люси, сохранив все, как было при ее жизни, начиная от интерьера и заканчивая коллекцией сценических костюмов. Пару лет назад я был на фантастической выставке в Музее Москвы, опять же, организованной Сергеем – видел эту самую коллекцию. Это что-то невероятное! Многие музеи мира уже имеют на нее виды, многие специалисты – мастера и кутюрье хотят изучать технику вышивания по этим костюмам. А вот Маша, видимо, жаждет распатронить эту ценную коллекцию. (Now Masha is claiming Gurchenko's apartment in Trekhprudny Lane, where Sergey wanted to create a museum of Lucy, preserving everything as it was during her lifetime, from the interior to the collection of stage costumes. A couple of years ago, I attended a fantastic exhibition at the Moscow Museum, also organised by Sergey – I saw that very collection. It is something incredible! Many museums around the world already have their eyes on it, and many specialists – masters and couturiers – want to study the embroidery techniques used in these costumes. But Masha, it seems, is eager to strip this valuable collection.)

Кто не в курсе – Люся свои ослепительные наряды шила и расшивала вручную сама.
Без машинки, на руках. Всегда поражался: при всем ее взрывном темпераменте – такое сложное, кропотливое, монотонное, утомительное увлечение. Мне б один раз так прищуриться на иголку с ниткой, и всё, или заснул, или помер бы. А она, нет, - как Левша, часами расшивала этими микроскопическими бусинками каждый миллиметр ткани. Сосредоточенно, напряженно, тоннами бисера, в любую свободную минуту. Часто ночами. (For those who are not aware – Lucy sewed and embroidered her dazzling outfits entirely by hand. Without a machine, by hand. I was always amazed: given her explosive temperament – such a complex, painstaking, monotonous, and exhausting hobby. If I had to squint at a needle and thread just once, I would either fall asleep or die. But she, no – like the character Levsha, she would spend hours embroidering every millimetre of fabric with these microscopic beads. Focused, tense, using tons of beads, in any free moment. Often at night.)

Платье, в котором ее хоронили, тоже было сделано ею. Даже попав в последний раз в больницу, она продолжала расшивать его бисером. Сергей говорит, что до сих пор жалеет, что не сохранил его, столько труда и любви было вложено в работу, но почему-то Люся была уверена, что этот наряд она готовит именно для такого печального момента...», - со своей страницы в интернете рассказал Стас Садальский, который в студии у Андрея Малахова высказал Маше все, что думает о ней и обо всем происходящем. (The dress in which she was buried was also made by her. Even when she was hospitalised for the last time, she continued to embroider it with beads. Sergey says that he still regrets not preserving it, so much effort and love was put into the work, but for some reason Lucy was convinced that she was preparing this outfit specifically for such a sad moment..», - Stas Sadalsky shared from his internet page, having told Masha everything he thinks about her and the whole situation in Andrey Malakhov's studio.